При первом знакомстве с представленными в начале
серии работами нам передаётся отстранённый и даже,
отчасти, неприязненный взгляд извне, издалека, словно
из иллюминатора. Взгляд этот скользит по неведомому,
не изученному ещё, почти абстрактному пространству.
Плоскость ощущается как гравитация, а прерывания в
нанесённом материале олицетворяют хаос. Импульсы
кисти выходят за пределы контроля зрителя и остаются
загадкой. Строгость геометрии служит решёткой,
скрывающей конец и начало неизвестной стихии.
Продвигаясь дальше, мы замечаем постепенную смену
ландшафта. Метафизическая пустота отступает,
происходит детализация. Кажется, что автор, чьими
глазами мы видим эту новую реальность, проявил,
наконец, некоторое любопытство, заинтересованность и
начал сокращать расстояние до зримых объектов.
И вдруг абстракция уступает место узнаваемым формам,
а процесс приближения и срастания всё продолжается.
Он приводит зрителя в среду абсолютно конкретную и
вполне земную.
Последние работы цикла устанавливают баланс
материального, человеческого и непостижимого.
Знакомство с реальностью и проникновение в неё
успешно завершаются.