Рубрики:

Обновления » Новости » Здоровье

Здоровье

Корчагина Юлия

Ученые Пироговского университета ищут мишени для терапии атеросклероза на стыке геронтологии и иммунологии

Ученые Пироговского университета ищут мишени для терапии атеросклероза на стыке геронтологии и иммунологии

Как мегагрант РНФ объединил российских и китайских ученых в поиске «лекарства от старения сосудов»


ТИТР: Чуров Алексей Викторович, к.б.н.

Директор Института изучения старения Пироговского Университета ФМБА России

Введение: почему старение — это воспаление?

Старение давно перестало быть просто философской категорией. Сегодня это биологический процесс, который можно измерять, моделировать и — что самое важное — пытаться замедлить. Один из ключевых механизмов, связывающих молекулярные повреждения с возрастными болезнями, — хроническое стерильное воспаление, или inflammaging. В отличие от острого воспаления, которое помогает нам бороться с инфекциями, стерильное воспаление не имеет внешнего возбудителя. Его запускают «сигналы опасности» — кристаллы холестерина, окисленные липиды, поврежденные клетки и их фрагменты. Со временем такая низкоинтенсивная, но постоянная активация иммунной системы становится драйвером атеросклероза, диабета 2 типа, нейродегенерации и других возраст-ассоциированных состояний.

Именно эта проблема оказалась в центре внимания нового мегагранта Российского научного фонда (РНФ), который Институт изучения старения РГНКЦ Пироговского университета получил в 2025 году. Проект «Исследование иммуновоспалительных механизмов атеросклероза и старения: фокус на инновациях для превентивной медицины» (№ 25-74-31017) возглавил приглашенный ведущий ученый — профессор У Чженчжи, известный китайский геронтолог и специалист в области интегративной медицины. Проект объединил научных сотрудников и ведущих клиницистов ОСП РГНКЦ в мультидисциплинарную команду: иммунологов, кардиологов, молекулярных биологов, биоинформатиков, молодых ученых и врачей-ординаторов.

«Наш проект связан с поиском мишеней для контроля воспаления и разработкой подходов для превенции возрастных изменений» — подчеркнул Алексей Чуров, директор Института изучения старения.

Что уже сделано на первом этапе: данные, модели, мишени

Первый год работы был посвящен фундаменту, без которого невозможны никакие прикладные прорывы. Исследователи провели интеграцию мультимодальных биологических и клинических данных (Арбатский М.С., зав. лабораторией биоинформатики и ИИ, Баландин Д.Е., лаборант-исследователь), полученных в российской популяции. Речь идет о геномах 585 человек — участников исследования RUSS AGE, включая долгожителей, а также о данных липидомики и протеомики, которые будут использованы на следующем этапе. Биоинформатический анализ позволил аннотировать генетические варианты, связанные с иммунным старением и хроническим воспалением.

Параллельно с анализом «больших данных» в лаборатории шла работа по созданию клеточных моделей сенесцентности — ключевого инструмента для проверки гипотез и скрининга будущих препаратов. Сенесцентные (стареющие) клетки — это клетки, которые перестали делиться, но не умирают. Вместо этого они выделяют целый «коктейль» провоспалительных молекул — так называемый SASP (senescence-associated secretory phenotype). Именно SASP превращает локальное повреждение в системное воспаление и ускоряет атеросклероз. Недавние исследования показали, что состав SASP крайне неоднороден и зависит от типа клеток, их метаболического состояния и природы стрессового фактора, вызвавшего старение. Более того, стареющие клетки активно «прячутся» от иммунной системы, используя механизмы уклонения от клиренса цитотоксическими лимфоцитами и NK-клетками, что способствует их накоплению в тканях с возрастом.

Три клеточные модели: макрофаги, THP-1 и эндотелий

Чтобы изучать сенесцентность при атеросклерозе, недостаточно одной клеточной линии. В проекте создается несколько взаимодополняющих моделей (Мальцева О.Н. научный сотрудник, Бурджанадзе Н.К. лаборант-исследователь, Никитин В.А., лаборант-исследователь), каждая из которых отражает свой аспект патологии.

1. Первичные макрофаги человека. Макрофаги — главные «мусорщики» сосудистой стенки. Они захватывают окисленные липопротеины, превращаются в пенистые клетки и запускают воспаление. В проекте используются первичные моноциты, выделенные из периферической крови здоровых доноров и пациентов с атеросклерозом и дифференцированные в макрофаги с помощью M-CSF. Сенесцентность в них индуцируется с помощью химиотерапевтических агентов. Исследователи оценивают классические маркеры старения — активность β-галактозидазы (SA-β-gal), экспрессию ингибиторов клеточного цикла p16 и p21. Отдельно анализируется SASP-профиль: уровни IL-6, TNF-α и других цитокинов с помощью мультиплексного ELISA и проточной цитометрии. Такая модель максимально приближена к тому, что происходит в сосудистой стенке человека.

2. Линия THP-1. Иммортализованные моноциты THP-1 — удобная и воспроизводимая модель, которую можно дифференцировать в макрофаги и поляризовать в провоспалительный (M1) или репаративный (M2) фенотип. В контексте проекта THP-1 используются для быстрого скрининга и проверки гипотез. Известно, что гиперэкспрессия p16INK4a в THP-1-макрофагах усиливает образование пенистых клеток и снижает отток холестерина — это делает их удобной моделью для изучения связи сенесцентности и липидного обмена. Кроме того, THP-1 позволяют моделировать эффекты «сенесцентного микроокружения»: например, обрабатывать клетки кондиционированной средой от стареющих клеток и наблюдать активацию NF-κB и p38 MAPK.

3. Эндотелиальные клетки человека. Эндотелий — первый барьер, который повреждается при атеросклерозе. Дисфункция эндотелия, его сенесцентность и повышенная проницаемость — ранние события атерогенеза. В проекте используются первичные эндотелиальные клетки (например, HUVEC или HAEC), сенесцентность которых индуцируется окисленным ЛПНП (ox-LDL), а также модулируются условия воспаления с участием SASP факторов, характерных для процесса атерогенеза. Оцениваются также способность эндотелия поддерживать барьерную функцию, транспорт белков и липидов и экспрессировать молекулы адгезии (VCAM-1, ICAM-1), которые привлекают иммунные клетки в стенку сосуда.

Все три модели дополняют друг друга: первичные макрофаги дают максимальную физиологичность, THP-1 — масштабируемость и скорость, эндотелий — понимание сосудистого компонента. Вместе они позволяют проверять, как кандидатные соединения влияют на разные типы клеток и разные звенья патологического каскада.

Платформа для скрининга: от биоинформатики к молекулам

Одна из главных амбиций проекта — создать платформу для высокопроизводительного скрининга иммуномодулирующих соединений природного происхождения, в том числе из арсенала традиционной китайской медицины (ТКМ) (отв. исполнитель раздела Мараховская Е.А., врач-ординатор, гериатр).

Почему именно ТКМ? Дело в том, что многие природные соединения обладают плейотропным действием — они способны одновременно модулировать несколько сигнальных путей, что важно при комплексной патологии, какой является атеросклероз. Например, берберин — алкалоид, известный своими кардиометаболическими эффектами, — рассматривается как потенциальный модулятор иммуносенесценции через пути AMPK/mTOR, NF-κB и аутофагии. В обзоре, опубликованном в Biogerontology (Лямзаев К.Г., зав. лабораторией клеточных механизмов старения), были детально проанализированы молекулярные механизмы иммуносенесценции и критически оценены эффекты берберина на эти параметры; авторы предложили дизайн будущих исследований для его валидации в качестве многомишенного регулятора . Другие природные соединения могут воздействовать на инфламмасому NLRP3 и ось IL-1β, которая играет центральную роль в возрастном атеросклерозе. В недавнем обзоре, опубликованном в Biomolecules, были систематизированы данные о модуляции оси NLRP3/IL-1β природными продуктами и формулами ТКМ. Авторы подчеркнули, что, несмотря на многообещающие доклинические результаты, большинство данных остаются преклиническими, и для трансляции в клинику требуется более строгая причинная валидация, стандартизация химического состава, фармакокинетическая характеристика и использование возраст-релевантных моделей.

Сейчас идет активная работа над созданием MVP платформы для скрининга субстанций ТКМ.

Биомаркеры и фенотипы: как измерить старение?

Параллельно с клеточными экспериментами проект развивает и направление, связанное с биомаркерами старения. Работы сотрудников РГНКЦ уже показали, что такие маркеры, как асимметричный диметиларгинин (ADMA), интерлейкин-6 и высокочувствительный С-реактивный белок, отражают разные, но взаимосвязанные компоненты сосудистого старения. В статье, опубликованной в Frontiers in Cardiovascular Medicine (Мачехина Л.В., врач-эндокринолог, Мельницкая А.А., врач-гериатр), было описано, что ADMA демонстрирует наиболее устойчивые ассоциации с субклиническим атеросклерозом, хотя они варьируют в зависимости от сосудистого бассейна. IL-6 имеет биологические и генетические доказательства участия в атерогенезе, однако его связи с субклиническим атеросклерозом не всегда независимы от традиционных факторов риска. hsCRP остается надежным маркером сердечно-сосудистого риска и связан с прогрессированием каротидного стеноза и артериальной жесткости. Авторы пришли к выводу, что эти биомаркеры отражают частично различные, но взаимосвязанные компоненты сосудистого старения, и их комбинированная оценка может повысить точность идентификации ускоренного сосудистого старения в проспективных исследованиях .

Кроме того, анализ российской когорты RUSS AGE (1201 условно здоровый взрослый в возрасте от 18 до 99 лет) выявил пять устойчивых фенотипов здорового старения, которые не сводятся к хронологическому возрасту. С помощью интегративного факторного анализа (MOFA2) и консенсусной кластеризации были выделены фенотипы «Анемический», «Метаболически субкомпенсированный», «Метаболически декомпенсированный», «Перегруженный» и «Сбалансированный». Эти фенотипы оказались независимы от возраста и пола (p > 0.05). В будущем терапию можно будет подбирать не «по паспорту», а по биологическому профилю пациента — например, ориентируясь на метаболический или воспалительный подтип.

Метаболомные исследования долгожителей (Ерусланова К.А., врач-кардиолог) также принесли неожиданные результаты. В работе, опубликованной в Metabolites, анализировали сыворотку крови 53 долгожителей (средний возраст 98.2 ± 2 года) методом LC-MS/MS. У шести из них был выявлен отчетливо измененный метаболический профиль, характеризующийся значительным повышением L-серина (в 250 раз), D-галактозы (в 116 раз), масляной кислоты (в 75 раз) и холина (в 69 раз) на фоне сердечно-сосудистых заболеваний. Обогащение пути метаболизма масляной кислоты позволяет предположить, что этот путь может способствовать выживанию при возраст-ассоциированных заболеваниях в условиях экстремального долголетия. Эти данные помогают понять, какие метаболические пути могут быть мишенями для геропротективных вмешательств.

Биоинформатические подходы, заложенные в проекте, также включают анализ «стареющего интерактома» — сети межмолекулярных взаимодействий, которые поддерживают хроническое воспаление. В обзоре, опубликованном в Mechanisms of Ageing and Development, было показано, что старение эрозирует клеточный гомеостаз через воспаление (inflammaging), иммуносенесценцию, митохондриальную дисфункцию и геномную нестабильность. Авторы предложили концептуальную рамку для понимания общих механизмов и тканеспецифической уязвимости при таких заболеваниях, как атеросклероз, ожирение, саркопения, нейродегенерация и рак, а также обсудили терапевтический потенциал сенолитиков, митохондриальных энхансеров и иммуномодуляторов для перехода от терапии отдельных болезней к холистическим интервенциям, направленным на продление здоровой жизни.

Заключение

Мегагрант РНФ № 25-74-31017 — это не просто еще один академический проект. Это попытка выстроить мост между фундаментальной биологией старения, клинической геронтологией и фармакологией природных соединений. Впервые в России на базе Пироговского университета создается инфраструктура, которая позволяет системно изучать сенесцентность иммунных и сосудистых клеток, тестировать на них кандидатные субстанции и доводить наиболее перспективные из них до стадии препаратов-кандидатов на доклиническом этапе. В случае успеха это может привести к появлению принципиально новых подходов к профилактике и лечению атеросклероза и других возраст-ассоциированных заболеваний — подходов, основанных не на подавлении воспаления «вслепую», а на точной настройке иммунного ответа.

Для студентов и молодых ученых Пироговского университета это также уникальная возможность включиться в работу на переднем крае науки — от биоинформатического анализа геномов до создания in vitro моделей сенесцентности и воспаления. Как отметил Алексей Чуров, проект предполагает «активное участие молодых ученых Университета, участие в зарубежных конференциях и стажировках наших специалистов, а также приглашение в РГНКЦ постдоков из Китая». Такая интеграция науки и человеческого капитала станет одним из главных результатов проекта.

Благодарности: выражаем благодарность коллективу врачей ОСП РГНКЦ за помощь в сборе и получении биоматериала пациентов с атеросклерозом (Малышев Д.Р., Кавтеладзе З.А., Хоконов М.Р., Щадрина А.Ю., Ерусланова К.А., Ахметов В.В.), а также за предоставление наборов данных для исследования (Ткачева О.Н., Стражеско И.Д., Ерусланова К.А.).

фото: Ученые Пироговского университета ищут мишени для терапии атеросклероза на стыке геронтологии и иммунологии

Публикации автора

Прочтите также

Отряды Пироговского Университета: Создавать будущее, создавать себя. Киноклуб Пироговского Университета: Смотрите хорошее кино с Киноклубом!